stories0001.jpg

Небольшой рассказ написался. Почему 14 минут - навеяно старым рассказом времен атомной романтики.

=====================

- "Заводиии..." - заорал Семен по кличке "Семя" и что есть мочи заколотил по подвешенной рельсе. Из распластанной на земле армейской палатки полезли экипажи, на ходу натягивая шлемы и застегивая ремни.

- "Атака, блять" - заорал уже на них старшина - "по машинам, еб вашу мать, удар по центру, потом фланги выходят" - и выпучив глаза заверещал - "быстрааааа..". Экипажи метнулись к танкам и через несколько минут разом взревели полсотни машин, размазанных в трехэшелонной обороне второстепенного направления. Лазерный лучик, принесший весть о начавшейся атаке полетел дальше и в глубине обороны уже начала разворачиваться пехота и завыли сирены на дальнем аэродроме. Пролетев системы слежения насквозь, лучик подсветил облака за изгибом горизонта и пропал в них, не оставив следа и не замеченный своим создателем - солдатиком из дальнего секрета, который смотрел в небо стеклянными глазами, положив обе полуоторванных руки на плоский, развороченный передатчик.

Мигнули дальномеры, лязгнули заряжатели, танки качнулись взад и вперед, освобождая путь для выезда из окопа. Семен пнул механика-водителя - "хуйли у тебя двигло не шевелится, пидорас ебаный, тебе в контратаку первому идти, гондон". Механик даванул педаль и из окопа метнулось облако раскаленного черного выхлопного дыма.

В десяти километрах над ними, на станции автоматического слежения и контроля мигнул индикатор твердотельного реле и включилась чувствительная неохлаждаемая инфракрасная матрица со своим крайне ограниченным сроком действия. Никто не видел и не мог в принципе видеть, как станция стала отмечать теплые, красненькие точки на электронной карте. По всему выходило, что ее время пришло. Оба контура подтверждали расчеты. Станция вышла из режима радиомолчания, пискнув в эфир пробуждающую последовательность, и тут же отозвались соседние станции висящие в радиусе нескольких километров. Станции  были обнаружены, но это не имело уже никакого значения. Загорелись огоньки на пульте на острове в Тихом океане, зашелестели книги дешифровки, полковник в несвежей зеленой рубашке на станции ПВО в 200 километрах, накручивал диск телефона, не попадая в нужные отверстия пальцами - все было бесполезно. Бешенный радиообмен в течение нескольких секунд объединил станции в сеть, выявил первичные и вторичные цели, назначил резервную станцию атаки и станцию наблюдения. Тридцатиметровые, темные сверху и светлые снизу, невесомые пластиковые крылья дрогнули, изменяя профиль, и полсотни станций заскользили к земле. На высоте нескольких километров от них отделились  совсем небольшие ракеты и подсвечивая маршевыми двигателями полетели каждый к своей цели. Никто не успел бы увидеть, как над танками от каждой отстрелилась головная часть, и тут же взорвалась динамическая защита на башне, а через мгновение сама ракета вошла в башню, не почувствовав сопротивления тонкой верхней брони. Взрыва не было, только небольшое облако красного пара взметнулось над башней и осело на металл, да прыснуло розовым из открытого люка механика-водителя.

В наступившей разом тишине только попискивал головной телефон у онемевшего навсегда секретчика в уазике на краю поля. Станции же перешли в горизонтальный полет, и пытаясь исчезнуть с радаров на низкой высоте, вращая огромными прозрачными пропеллерами на бесшумной электротяге, легли на свои маршруты домой, за океан.

За пару тысяч километров от них, за облупившимся пультом сидел, обхватив голову руками полковник, уже давно запенсионного возраста. В комнате стояла нехорошая тишина, и весь боевой расчет сидел, боясь пошевелиться. Из десяти запущенных ракет ни одна не поднялась выше десяти километров. Почему - никто не знал, и еще когда первые, споткнувшись на взлете начали терять высоту думали о противоракетной обороне. Но две из них, описав в воздухе замысловатый вензель воткнулись в землю в паре десятков километров от части. Полковник смотрел в перископ на поднимающий гриб взорвавшегося гептила и неимоверным усилием воли гнал из головы мысль о военном городке и пятиэтажке на центральной площади среди цветущих тополей. Расчету он ничего не сказал об этом, также как и о неуклонно поднимающемся уже час, с момента второй аварии, внешнем счетчике радиации. У каждого там была своя пятиэтажка.

"Похуй. Просто похуй" - негромко сказал он сам себе. Он никогда не думал, что этот день придет. Нет, о войне он думал, и даже представлял ее. Два раза в год каждый  расчет проводил репетицию пуска, вплоть до финального поворота двух ключей в третью позицию. А на учебном полигоне они и поворачивали этот ключ. Так что ядерная война стала для него делом обыденным, он жил с ней с самого момента выпуска из училища. Но тот курс спецподготовки он никогда не забывал. Интересно, а остальные командиры расчетов тоже его проходили ? У него были в этом вполне обоснованные сомнения. Дело даже не в сложности подготовки - теорию они знали хорошо. Было их тогда всего четыре человека - все молодые подполы. Повторили расщепление и синтез, сдали его ехидному деду. Потом ежедневные спуски в учебную шахту с ебучим программатором через плечо, сначала так, а потом в костюме химзащиты. А потом и до боевой дошло. Но сдали все это, четыре месяца тренировок, ни капли бухла, закрытый полигон. А потом был зачет. Дежурный по округу, боевая шахта, рассчитали, сползали, выставили, они к тому времени и с закрытыми глазами могли менять уставки. Щелк, щелк переключатели, первое положение, второе, залихватски так - "к пуску готовы", откинулись в кресле. Посмотрел дежурный, помолчал, а потом - "приказываю произвести пуск". Он думал, что ослышался, но нет. "Приказываю произвести пуск". Вот тогда его жизнь и разделилась на "до и после". Положил ходящую ходуном руку на ключ, а вот второй расчетный не смог. Из Свердловска он был, а там рядом. "Ты что, блять, дежурного ослушаться решил ?" - золотопогонник сам взялся за ключ. "На счет три" - "раз, два, три". Он смог повернуть тогда ключ. Ничего не произошло. Второй подвывал, сидя на полу. Дежурный взял со стола его боевую книжку, чиркнул там, и кивнул - "свободен". Он шатаясь вышел из комнаты боевого расчета. Он никогда больше не видел этих людей и не пытался узнать что с ними. Первый раз улыбнуться он смог через месяц. А потом он стал начальником расчета.

Полковник встал, подошел к своей тумбочке, и, усевшись на корточки, начал выкидывать из нее вещи. Достал затасканную тетрадь в 96 листов в черном клеенчатом переплете, и усевшись на стул, начал быстро перелистывать страницы одна за другой. Там ничего не изменилось, и он это знал. "Сергееич" - второй расчетный вздрогнул - "планшет с собой ?" Тот кивнул. "Распиздяи ебаные" - подумал полковник, но в слух сказал  - "заебись, без линейки обойдемся. Одевайся, пойдем". - "Куда ?" - пискнул второй. - "В шахту, блядь, куда еще". "Дак они же заправлены" - опять пискнул второй. Полковник вздохнул. "Сказать ему или нет ?" - подумал он, но в слух произнес - "Противогаз возьмешь новый" - "Но..." - Полковник взялся за кобуру и посмотрел на второго. Тот поднялся и на ватных ногах пошел доставать костюм химзащиты.

Расчет сидел по местам. Полковник глянул в перископ на внешний счетчик, и отвернул окуляры от себя. Похуй, все похуй.. -"Слушай боевую задачу ....пуск четырех ракет... по превосходящим силам противника..." -"Дак там целей нет" - опять пискнул второй. -"Я его пристрелю все таки, суку" - полковник  положил руку на ключ во второй позиции - "Не имеет значения. На счет три. Раз, два.."

По всему миру дежурные, помы, командующие подпрыгнули в креслах от взвывшей сирены. "Бляяять" - у старшего по операции потек пот за воротник - "они все таки ебнули ее." "Ядерщиков сюда" - заорал он в интерком. Очкарики прибежали быстро. Он развернул им монитор - "они похоже ебнули один заряд у себя. Нам нужна оценка зоны поражения, в этот район запланирован вход." В штабе операции не любили ядерщиков, их приходилось посвящать в вещи, которые им знать не следовало. Да и не военные они, по большому счету. Старший смотрел выжидающе на белохалатников, а те все читали и читали бегущие цифры шевеля про себя губами.

"Во время операции по наведению конституционного порядка на территории Российской Федерации повстанческим силам был произведен подрыв трех боекомплектов шахтного базирования. Судя по всему, подрыв произошел аварийно, в результате чего образовалось большое количество  долгоживущих изотопов, в основном урана, стронция и цезия. Восходящими потоками термоядерного взрыва радиоактивный материал был вынесен в атмосферу на высоту до 20 километров, после чего начал распространяться воздушными потоками. По нашим расчетам территории США он достигнет через неделею, а максимальной концентрации - через две. После попадания в зону распространения осадков длительность жизни млекопитающих составит не более года, максимум двух. Можно прогнозировать, что человечество прекратит свое существование в течение этого срока. Все существующие убежища не способны обеспечить сохранение популяции, необходимой для воспроизведения населения нашей планеты. Судя по всему, история нашей цивилизации подошла к концу. У меня все, господин президент".

Трогательным ножичком пытать свою плоть
Трогательным ножичком пытать свою плоть
До крови прищемить добровольные пальцы
Отважно смакуя леденцы на палочке
Целеустремлённо набивать карманы
Мёртвыми мышатами,живыми хуями
Шоколадными конфетами
И нерукотворными пиздюлями
На патриархальной свалке устаревших понятий
Использованных образов и вежливых слов
Покончив с собою,уничтожить весь мир
ПОКОНЧИВ С СОБОЮ-УНИЧТОЖИТЬ ВЕСЬ МИР!!

Рейтинг:  5 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активна